Русская народная сказка "Иван, вдовий сын". Окончание - Земля до потопа: исчезнувшие континенты и цивилизации

Перейти к контенту

Главное меню:

Русская народная сказка "Иван, вдовий сын". Окончание

Сказки и сказания

На другой день вечером вышел Иван в чистое поле, в широкое раздолье, свистнул посвистом молодецким, гаркнул голосом богатырским:
    - Сивка-бурка, вещий каурка, стань передо мной, как лист перед травой!
    Конь бежит - земля дрожит, из ушей дым столбом валит, из ноздрей пламя пышет, грива по ветру развевается. Прибежал, стал как вкопанный:
    - Чего, Иванушка, надо?
    - Взялся я сад насадить и в три дня яблоки собрать.
    - Ну, то дело нехитрое! Бери яблоки, садись на меня да спускай в каждый след по яблоку.
    Ходит конь, по целой печи комья земли копытами выворачивает, а Иван в те ямы яблоки спускает.
    Все яблоки посадили. Иван коня отпустил и в каждый ступок па капле живой воды прыснул. Потом прошел по рядам - землю распушил, разрыхлил. И скоро стали пробиваться ростки. Зазеленел сад. К утру, к свету, выросли деревца в полчеловека, а к вечеру другого дня стали яблони совсем большие и зацвели. По всему царству пошел яблоневый дух, такой сладкий - всем людям на радость.
    Иван два дня и две ночи глаз не смыкал, рук не покладал, сад стерег да поливал. В труде да заботе притомился, сел под дерево, задремал, потом на траву привалился и заснул.
    А у царя было три дочери. Зовет младшая царевна:
    - Пойдемте, сестрицы, поглядим на новый сад. Сегодня там яблони зацвели.
    Старшая да средняя перечить не стали.
    Пришли в сад, а сад весь в цвету, будто кипень белый.
    - Глядите, глядите, яблони цветут!
    - Кто этот сад насадил да столь скоро вырастил?
    - Хоть бы разок взглянуть на этого человека!
    Искали, искали садовника - не нашли. Потом увидали, кто-то лежит под деревом, человек - не человек, зверь - не зверь. Старшая сестра подошла поближе. Воротилась и говорит:
    - Лежит какое-то страшилище, пойдемте прочь!
    А средняя сестра взглянула и говорит:
    - Ой, сестрицы, и глядеть-то противно на эдакого урода! Уж не это ли чудища сад насадило да вырастило?
    - Ну вот еще чего выдумала! - говорит старшая царевна.
    А младшая сестра, Наталья-царевна, просит:
    - Не уходите далеко, и я погляжу, кто там есть.
    Пошла, поглядела, обошла кругом дерева. Потом приподняла воловью шкуру и видит: спит молодец, такой пригожий - ни вздумать, ни взгадать, ни пером описать, только в сказке рассказать, - по локоть у молодца руки в золоте, по колени ноги в серебре. Глядит царевна - не наглядится, сердце у ней замирает. Сняла свой именной перстенек и тихонько надела Ивану на мизинец. Сестры аукаются, кричат:
    - Где ты, сестрица? Пойдем домой!
    Бежит Наталья-царевна, а сестры навстречу идут:
    - Чего там долго была, чего в этом уроде нашла? Будто пугало воронье! И кто он такой?
    А Наталья-царевна в ответ:
    - За что человека обижаете, чего он вам худого сделал? Поглядите, какой он прекрасный сад вырастил, батюшку утешил и все наше царство прославил.
    В ту пору и царь пробудился. Подошел к окну, видит - сад цветет, обрадовался: "Вот хорошо, не обманул садовник! Есть чем перед гостями похвалиться. Приедут сегодня женихи - три царевича, три королевича чужеземных, да своих князей, бояр именитых на пир позову, пусть дочери суженых выбирают".
    К вечеру гости съехались, а на другой день завели большой пир-столованье. Сидят гости на пиру, угощаются, пьют, едят, веселятся.
    Спал Иван, спал и проснулся; увидал на мизинце перстень золотой, удивился: откуда колечко взялось?
    Снял с руки и увидал надпись - на перстне имя меньшой царевны обозначено.
    "Хоть бы взглянуть, какая она есть?"
    А на яблонях налились, созрели золотые яблоки, горят-переливаются, как янтарь на солнышке. Нарвал Иван самых спелых яблок полную корзину и принес во дворец, прямо в столовую горницу. Только через порог переступил, сразу всех гостей яблоневым духом так и обдало, будто сад в горнице.
    Подал царю корзину. Все гости на яблоки глядят, глаз отвести не могут. И царь сидит сам не свой, перебирает золотые яблоки и молчит. Долго ли, коротко ли так сидел, прошла оторопь, опомнился:
    - Ну, спасибо, утешил меня! Этаких яблок нигде на всем белом свете не сыскать. И коли умел ты в три дня сад насадить да вырастить золотые яблоки, быть тебе самым главным садовником в моем царстве!
    Покуда царь с Иваном говорил, все три царевны стали гостей вином обносить, стали себе женихов выбирать.
Старшая сестра выбрала царевича, средняя выбрала королевича, а меньшая царевна раз вкруг стола обошла - никого не выбрала, и другой раз обошла - никого не выбрала. Третий раз пошла и остановилась против Ивана. Низко доброму молодцу поклонилась:
    - Коли люба я тебе, будь моим суженым!
    Поднесла ему чару зелена вина.
    Иван чару принял, на царевну взглянул - такая она красивая, век бы любовался. От радости не знает, что и сказать.
    А все, кто был на пиру, как услышали царевнины слова - пить, есть перестали, уставились на Ивана да на меньшую царскую дочь, глядят, молчат.    

    Царь из-за стола выскочил:
    - Век тому не бывать!
    - А помнишь ли, царское величество, - Иван говорит, - когда я на работу рядился, у нас уговор был: коли не управлюсь с делом - моя голова на плаху, а коли выращу яблоки в три дня - сулил ты мне все, чего я захочу. Яблоки я вырастил и одной только награды прошу: отдай за меня Наталью-царевну!
    Царь руками замахал, ногами затопал:
    - Ох ты, невежа, безродный пес! Как у тебя язык повернулся этакие слова сказать!
    Тут царевна отцу, матери поклонилась:
    - Я сама доброго молодца выбрала и ни за кого иного замуж не пойду.
    Царь пуще расходился, зашумел:
    - Была ты мне любимая дочь, а теперь, после твоих глупых речей, я тебя знать не знаю! Уходи со своим уродом из моего царства куда знаешь, чтобы глаза мои не видали!
    Царица слезами залилась:
    - Ох, отсекла нам голову! От этакого позору и в могиле не ухоронишься!
    Поплакала, попричитала, а потом стала царя уговаривать: - Царь-государь, смени гнев на милость, ведь хоть дура, да дочь, что станешь делать! Не изгоняй из царства. Отведи где-нибудь местишко. Пусть там живут. Пусть они на твои царские очи не смеют показываться, а я знать всегда буду, жива ли она! Царь тем слезам внял, смилостивился:
    - Вот пусть в старой избенке в нашем заповедном лесу живут.
    А в стольный город и не показывайтесь!
    Выгнал царь Наталью-царевну да Ивана, а старшую и среднюю дочь выдал замуж честь-честью. Свадьбы сыграли, и после свадебных пиров и столованья царь отписал старшим зятьям полцарства.
    Царевич да королевич со своими женами в царских теремах поселились. Живут припеваючи, в пирах да в веселье время ведут.
    А Иван лесную избенку починил, небольшую делянку леса вырубил, пенья, коренья выкорчевал и хлеб посеял. Живут с молодой женой, от своих рук кормятся, в город не показываются.
    Много ли, мало ли времени прошло - нежданно-негаданно беда стряслась: постигла царство великая невзгода. Прискакал гонец, печальную весть принес:
    - Царь-государь, иноземный король границу перешел, и войска у него видимо-невидимо! Три города с пригородками и много сел с приселками пожег, попалил, головней покатил; всю нашу заставу побил-повоевал.
    Царь сидел на лежанке и как услышал те слова, так и обмер. Ерзает на кирпичах, а с места сойти не может. Потом очнулся:
    - Подайте корону и скличьте зятьев да ближних бояр!
    Пришли зятья с боярами, поклонились. Царь корону поправил, приосанился:
    - Король Гвидон с несметными войсками на нас идет. Собирайте рать-силу, ступайте навстречу неприятелю.
    Зять-царевич да зять-королевич похваляются:
    - Не тревожь себя, царь-государь, мы тебя не покинем. Гвидоново войско разобьем и самого Гвидона в колодках к тебе приведем.
    Собрали полки, в поход пошли.
    Царь велел шестерик самолучших коней в карету запрячь и поехал; вслед за войском.
    - Хоть издали погляжу, каковы в ратном деле мои наследники.
    Долго ли, коротко ли ехал - выехала карета на пригорок, и видно стало в подзорную трубу: неприятельские войска вдали стоят. Замерло сердце у царя: глазом не окинуть Гвидонову рать, соколу в три дня не облететь. Куда ни погляди - везде Гвидоновы полчища, черным-черно в степи.
    Глядит царь в подзорную трубу и видит: ездит неприятельский богатырь, похваляется, кличет себе поединщика, над царевыми войсками насмехается.
    Никто ему ответу не подает. Царевич с королевичем за бояр хоронятся, а бояре прочь да подальше пятятся. За кусты да в лес попрятались, одних ратников на поле оставили.
В ту пору дошла до Ивана весть: войска в поход ушли. Выбежал он в чистое поле, в широкое раздолье, свистнул посвистом молодецким, гаркнул голосом богатырским:
    - Сивка-бурка, вещий каурка, стань передо мной, как лист перед, травой!
    На тот крик бежит конь со всеми доспехами богатырскими. У коня изо рта огонь-пламя пышет, из ушей дым столбом валит, из ноздрей искры сыплются; хвост на три сажени расстилается, грива до копыт легла. Иван, коня седлал. Накладывал сперва потники, на потники клал войлоки, на войлоки - седельце казацкое; шелковые подпруги крепко-накрепко затягивал, золотые пряжки застегивал. Все не ради красы-басы*, а ради крепости: как ведь шелк-то не рвется, булат не гнется, а красное золото не ржавеет.
    На себя надел доспехи богатырские, вскочил в седло и ударил коня по крутым бедрам. Его добрый конь пошел скакать. Из-под копыт комья земли с печь летят, в следу подземные ключи кипят.
    Будто сокол, налетел Иван на Гвидоново войско и увидал в чистом поле могучего богатыря иноземного. Закричал громким голосом, как в трубу заиграл. От того крику молодецкого деревья в лесу зашаталися, вершинами к земле приклонялися.
    Засмеялся чужой богатырь:
    - Нечего сказать, нашли поединщика! На ладонь кладу, а другой прихлопну - и останется от тебя только грязь да вода.
    Ничего Иван в ответ не сказал. Выхватил свою стопудовую палицу и поскакал навстречу бахвалыцику.
    Съехались они, будто две горы скатилися. Ударились палицами, и вышиб Иван супротивника из седла. Упал тот на сырую землю да только и жив бывал.
    Как увидали Гвидоновы войска, что не стало главного богатыря, кинулись бежать прочь.
    А царевич с королевичем да с боярами из-за кустов выскочили, саблями замахали, повили ратников своих в погоню.
    Иван коня поворотил, птицей-соколом навстречу летит. Никто его не узнал. Только когда мимо царя проскакал, заметил царь: руки по локоть у молодца золотые, а ноги по колени - серебряные. Крикнул царь:
    - Чей ты, добрый молодец, будешь, из каких родов, из каких городов? Как тебя звать-величать и кто тебя на подмогу нам послал?
    Ничего Иван царю не ответил, скрылся из глаз. Уехал в чистое поле, расседлал, разнуздал коня, отпустил на волю. Снял с себя доспехи богатырские. Все прибрал, а сам завернулся в воловью шкуру и пошел домой. Залез на печь, спать повалился.
    Прошло времени день ли, два ли, воротились царевич да королевич с войсками. Во дворце пошли пиры да веселье - победу празднуют.
    Посылает Иван жену:
    - Поди, Наталья-царевна, попроси у отца с матерью чару зелена вина да свиной окорок на закуску.
    Пошла во дворец Наталья-царевна незваная, непрошеная. Отцу с матерью поклонилась, с гостями поздоровалась:
    - Пошлите моему Ивану чару зелена вина да свиной окорок на закуску.
    Царь ей говорит:
    - Под лежачий камень и вода не течет. Твой муж на войну не ходил, дома на печи пролежал, а теперь пировать захотел?..
    Царица просит:
    - Ну, царь-государь, ради такого праздника смени гнев на милость.
    - Ладно, ладно, - махнул царь рукой, - так и быть, пошлите Ивану, чего после гостей останется.
    Наталья-царевна обиделась:
    - Пусть уж старшие зятья пьют, гуляют да угощаются. Они на войну ходили и, слышно, из-за кустов Гвидоново войско видали. А нам с мужем блюдолизничать - статочное ли дело!
    Повернулась и ушла.

    Не успел царь с гостями отпировать, как прискакал гонец:
    - Беда, царь-государь! Гвидон с войском опять границу перешел, и с ним - средний брат убитого богатыря. Тот богатырь требует: "Коли не приведет царь того молодца, кто моего брата убил, все царство разорим, не оставим никого в живых".
    Царю от той вести кусок поперек горла стал, руки-ноги дрожат. А хмельные зятья - царевич да королевич - кричат, бахвалятся:
    - Мы тебе, родитель богоданный, в беде - верная помога, на нас надейся!
    Войско собрали, коней оседлали, пошли в поход.
    Царь от страху занемог, лежит, стонет.
    Встретились царские полки с неприятелем. Гвидонов богатырь с несметной силой напал, и начался кровавый бой. Бьются ратники с чужеземными полчищами, один - с десятью, а двое - с тысячей.
    Царские зятья как увидали великана-богатыря да несметное войско, и весь у них боевой пыл пропал. За боярские спины хоронятся, а бояре - за кусты, за кусты, прочь подальше пятятся.
В ту пору выбежал Иван в чистое поле, в широкое раздолье. Свистнул посвистом молодецким, гаркнул голосом богатырским:
    - Сивка-бурка, вещий каурка, стань передо мной, как лист перед травой!
    На тот крик-свист добрый конь бежит, под ним земля дрожит, изо рта огонь-пламя пышет, из ноздрей искры сыплются, из ушей дым столбом валит.
    Иван коня остановил, оседлал и сам в боевые доспехи снарядился. В седло вскочил, поскакал на побоище. Наехал на Гвидоново войско и принялся бить, как траву косить, чужеземную силу.
    Скачет Гвидонов богатырь на Ивана. На коне, как гора, сидит, готов Ивана живьем сглотнуть.
    Съехались, долгомерными копьями ударились - копья у них приломалися, никоторый никоторого не ранили. Сшиблись кони грудь с грудью, выхватили наездники острые мечи. Угодил Иван мечом в супротивника. Рассек его надвое, до самой седельной подушки. Повалился из седла богатырь, будто овсяный сноп.
    Тут Гвидоновы войска ужаснулися, снаряженье боевое кинули, и побежали с поля боя прочь. А свои ратники прибодрилися: наседают да бьют, гонят вражью силу.
    Иван коня поворотил:
    - Теперь и без меня управятся!
    Навстречу ему едут царские старшие зятья с боярами, торопятся свои полки догнать, машут саблями, "ура" кричат. Мимо проскакали, на доброго молодца и не взглянули.
    Уехал он в чистое поле, коня отпустил, снял с себя боевые доспехи. А сам в воловью шкуру завернулся и пошел в свою избенку. Залез на печь. Лежит, отдыхает.
    Прибежала домой Наталья-царевна:
    - Ох, Ваня, опять ты где-то скрывался, покуда наши войска с неприятельскими полчищами воевали!
    Иван молчит.
    Заплакала Наталья-царевна.
    - Стыдно мне добрым людям в глаза глядеть!
    На другой день воротились в стольный город войска с победой. Все их в радости встречают. Царевич с королевичем царю рассказывают, как они Гвидоново войско побили.
    Царь всех воевод щедро наградил. Велел выкатить бочки с вином да с пивом - ратникам угощенье. Приказал из пушек палить, в колокола звонить.
    У царя в столице победу празднуют, а старший брат двух убитых богатырей - Росланей - уговорил короля Гвидона в третий раз на войну идти и сам свои полки выставил.
    Гвидон собрал войско больше прежнего да Салтана, своего тестя, подбил в поход идти. Войска набралось видимо-невидимо.
    Идут, песни поют, в барабаны бьют. Впереди едет сарацинский наездник, а за ним - самый сильный, самый отважный в Гвидоновом королевстве богатырь Росланей.
    Заставу на границе побили, повоевали и написали царю письмо: "Подавай нам твоего наездника, который наших двух богатырей победил, и плати дани-выкупы вперед за сто лет, а не то все твое царство разорим и тебя самого пошлем коров пасти".
    Царь грамоту прочитал, с лица сменился. Позвал зятьев, князей да бояр:
    - Что станем делать?
    Зять-царевич говорит:
    - Коли бы знамо да ведано было, кто богатырей Гвидоновых убил, лучше бы одного отдать, чем воевать.
    А зять-королевич присоветовал:
    - Чем еще раз воевать, лучше дань платить. Сколько надо будет, столько с мужиков да с посадских людей* соберем - царская казна ведь не убавится.
    На том все согласились, отписали Гвидону и Салтану: "Землю на ту не зорите, станем дань платить. И обидчика найдем да к вам при ведем, дайте сроку три месяца".
    Гвидон с Салтаном ответили: "Даем сроку три недели".
    Царь с зятьями да с боярами торопятся. Послали гонцов по воем городам, по всем деревням:
    - Собирайте казну с мужиков и с посадских людей да ищите Гвидонова обидчика.
    Вспомнил царь примету:
    - Глядите, у кого руки по локоть золотые, а ноги по колени серебряные, того моим именем велите в железо ковать и везите сюда.
    Проведала о том Наталья-царевна и догадалась: "Не иначе как мой муж богатырей победил. Недаром, когда бой был, его дома не было".
    Легко ей стало, радостно, а как вспомнила, что велено его отыскать да в цепи заковать, запечалилась.
Прибежала домой, кинулась мужу на шею:
    - Прости меня, Иванушка, бабу глупую. Напрасно я тебя обидела. Знаю теперь: ты победил обоих богатырей. - И рассказала ему про царский приказ. - Ухоронись подальше, как бы и сюда царские слуги не наехали.
    - Не плачь, не горюй, женушка, я царских слуг не боюсь. Сейчас перво-наперво надо Гвидона с Салтаном проучить, вразумить, чтобы век помнили, как в нашу землю за данью ходить.
    Тут Иван с молодой женой простился и побежал в чистое поле, в широкое раздолье. Свистнул посвистом молодецким, крикнул-гаркнул голосом богатырским:
    - Сивка-бурка, вещий каурка, стань передо мной, как лист перед травой!
    Конь прибежал и говорит:
    - Ох, Иванушка, чую я, будет сегодня жаркий бой: прольется кровь и твоя и моя.
    Иван на то ответил:
    - Лучше смертную чашу испить, чем в бесчестьте жить да лютому ворогу дань платить.
    Оседлал коня, сам в боевые доспехи снарядился и поехал в стольный город, в посадские концы. Вскричал тут громким голосом:
    - Подымайтесь все, кому честь дорога, постоим до последнего за жен, за детей, за престарелых родителей, не дадим свою землю Гвидону с Салтаном в поруганье!
    На тот клич вставали посадские люди, поднялись мужики по всем волостям.    

    Три дня Иван войско собирал, на Четвертый день по полкам разбивал, на пятый день повел полки на недругов.
    А из дальних городов да волостей ратники валом валят, и такая рать-сила скопилась - глазом не окинуть.
    Сошлись ратники с иноземными полчищами поближе. Выехал вперед сарацинский наездник:
    - А, не хотите добром дань платить, войско послали! Все равно войско побьем и дань возьмем!
    Метнул в него Иван копье и насквозь пронзил бахвальщика. Повалился сарацин из седла, будто скошенный.
    - Вот тебе дань, получай, басурман!
    В ту пору выехал из вражьего стана самый сильный богатырь Росланей. Сидит на коне, как сенной стог. Конь под ним гора горой. Конь по щетки в землю проваливается, из-под копыт столько земли выворачивает- озера на том месте наливаются. Кличет богатырь себе поединщика.
    Выехал навстречу Иван.
    Засмеялся чужеземный богатырь-великан:
    - Эко поединщик выискался! Соску бы тебе сосать, а не с богатырями силой меряться!
    Закричал ему Иван:
    - Погоди, проклятое чудовище, раньше времени хвалиться - не по тебе ли станут панихиду петь!
    С теми словами разъехались богатыри на двенадцать верст, повернули коней, стали съезжаться. Не две громовые тучи скатились, не две горы столкнулися - два могучих, сильных богатыря на смертный бой съехались. Съехались, стопудовыми палицами ударились. Палицы в дугу согнулись, а сами никоторый никоторого не ранили.
    Другой раз съехались, стали копьями долгомерными биться. И до тех пор бились, покуда копья у них не приломалися, и опять никоторый никоторого не ранил. На третий раз съехались, выхватили острые мечи.
    Конь Ивану успел только сказать:
    - Берегись! Как можешь, пригнись ниже!
    И сам голову пригнул.
    Росланей первый мечом ударил. Со свистом Росланеев меч пролетел. Задел Ивану левую руку да коню ухо отсек.
    Выпрямился Иван, размахнулся и вышиб меч из рук Росланея, не дал другой раз ударить.
    Тут сшиблись кони богатырские грудь с грудью. Иван с Росланеем спешились и схватились врукопашную. Бились они с полдня до вечера. Росланей по колени Ивана в землю втоптал. Рана у Ивана болит, и чует он - сил у него все меньше и меньше становится. Улучил добрый молодец минуту и крикнул Росланею:
    - Погляди-ка, что у тебя за спиной творится!
    Не удержался Росланей, оглянулся, а Иван собрал все свои силы, изловчился и так сильно ударил супротивника, что тот зашатался. Тут Иван не стал мешкать, метнул в Росланея свой булатный нож и навеки пригвоздил его к сырой земле.
    Тем временем Иванов конь сбил с ног, затоптал Росланеева коня и оба они - и Иван и конь - выбились из сил.
    А в ту пору Иваново войско кинулось на вражьи полчища, Ивану с конем и отдыхать некогда. Вскочил добрый молодец в седло и поскакал в бой. Бились с вечера до утренней зари. К утру все поле усеяли Гвидоновыми да сарацинскими войсками. Салтан с Гвидоном ужаснулись и кинулись с остатками полков прочь бежать. Настигли их Иван со своими ратниками и взяли в плен.
    - Еще ли вздумаете к нам за данью приходить? - спрашивает Иван.
    - Ох, добрый молодец, отпусти нас подобру-поздорову домой, и мы не только сами на вас войной не пойдем, а и детям нашим, внукам и правнукам закажем с вами в мире жить и вам веки-повеки дань платить.
    - Ну, смотрите, нарушите слово - худо вам будет! Тогда все ваши земли разорю и корня вашего не оставлю.
    После этого отпустил их Иван на все четыре стороны. Потом все свои полки собрал и повел домой.
    А между тем дошли вести до царя, что посадские люди и деревенские мужики побили Гвидоновы да Салтановы войска и самого могучего богатыря Росланея победили.
Собрал царь князей да бояр, позвал своих старших зятьев и говорит:
    - Наши ратные люди все Гвидоновы и Салтановы полки побили, повоевали, а воеводой у наших ратников тот молодец, у которого по локоть руки в золоте, по колени ноги в серебре. Он собрал мужиков да посадских людей, выступил в поход самовольно и тем мне, царю, и вам, моим ближним князьям да боярам, нанес большое бесчестье. Чего станем с самовольником делать?
    - Чтобы вперед на такое самовольство никому соблазна не было, надо царева ослушника казнить! - князья с боярами закричали.
    Тут поднялся с места один старый боярин, низко царю поклонился:
    - Не вели, царь-надежа, казнить, вели слово молвить!
    - Сказывай, боярин, сказывай, - царь говорит.
    - Покуда посадские люди да мужики все вместе и покуда у них есть свой воевода, негоже наши намеренья показывать. Надо их ласково встретить да приветить. Надо выкатить из погребов все вино, какое есть, да побольше наград раздать - нечего жалеть золотой казны. Пусть ратники пьют, гуляют, забавляются. А как перепьются да разбредутся в разные стороны, тут поодиночке полегче с ними управиться. Тогда и царского ослушника, холопьевого воеводу, легче легкого в железо заковать, а там, царь-государь, твори над ним свою волю.
    Царю те речи по нраву пришлись, и все со старым боярином согласились.
    Иван в ту пору незаметно отъехал от своих ратников подальше в чистое поле, в широкое раздолье. Коня расседлал, разнуздал.
    - Спасибо, конь дорогой, послужил ты мне верой и правдой, и я век твою службу помнить буду.
    Конь ему говорит:
    - Ты, Ваня, пуще всего опасайся царской милости да боярской ласки. А я тебе и вперед буду верно служить, коли исполнишь мою просьбу.
    - Говори, мой верный конь, я все для тебя сделать готов, чего бы ты ни попросил.
    - Помни, Иванушка, свой обещанье.
    - Говори, говори, все исполню.
    - Бери, Ваня, в руки свой острый меч и отруби мне голову, - просит конь.
    - Ну что ты, что ты говоришь! Статочное ли дело верному коню голову отрубить? Чего хочешь проси, а об этом и не говори! Веки веков моя рука на такое дело не подымется!
    Конь голову опустил:
    - Коли так, навыки ты меня, Ваня, несчастным оставишь.
    И заплакал конь горькими слезами.
    Стоит Иван, глядит на друга-товарища, не знает, чего делать. А конь неотступно просит:
    - Не бойся ничего, отруби мне голову и тогда увидишь, что будет.
    Думал, думал Иван, схватил меч, размахнулся и отсек коню голову.
    И вдруг, откуда ни возьмись, вместо коня стал перед ним добрый молодец:
    - Ох, Иванушка, друг дорогой, спасибо, послушал меня, избавил от колдовства! А то век бы мне конем быть. Сам я из этого царства - Василий, крестьянский сын. Сила во мне была великая. А в ту пору обидел царский слуга моего отца с матерью. Вызвал я обидчика на поединок и победил его в кулачном бою. Царь на меня прогневался. Под караулили царские слуги меня и сонному руки, ноги сковали, увезли в глухой, темный лес, оставили там диким зверям на растерзанье. Мимо ехал старик, взял меня в свое царство. Не захотел я у него холопом служить, за это он конем обернул, голодом морил да мучил, покуда ты не выручил меня. Мы с тобой вместе от старика избавились, вместе за свою землю стояли, с лютыми ворогами бились, кровь пролили. И никто, кроме тебя, не мог избавить меня от его колдовства.
    Глядит Иван и глазам не верит: был конь, а теперь стоит добрый молодец.
    Тут Василий, крестьянский сын, Ивану поклонился:
    - Будь мне названым братом!
    Иван обрадовался, названого брата за руки брал, крепко к сердцу прижимал.
    И пошли они к своим войскам.
    А как стали полки к столице подходить, царь приказал из пушек палить, в барабаны бить и сам с боярами вышел навстречу ратникам.
    - Спасибо, ребятушки, за верную службу! Век я вашей услуги не забуду, всех велю наградить. А теперь отдыхайте. Пейте, гуляйте да веселитесь, угощенья на всех хватит.
    Тут Иван с Василием, крестьянским сыном, вышли вперед:
    - Теперь-то ты ласковый, на посулы не скупишься, а помнишь ли, как всю нашу землю и весь народ ты да бояре Гвидону с Салтаном согласились навек в кабалу отдать? Теперь пришло время за эту измену ответ держать!
    Царь и бояре ни живы ни мертвы стоят, руки, ноги дрожат, и с лица сменились.
    Названые братья им говорят:
    - Уходите из нашего царства куда знаете, чтобы и духу вашего тут не было!
    И все ратные люди закричали:
    - Худую траву из поля вон!
    Царь да бояре не стали мешкать, кинулись бежать кто куда, только их и видели.
    А Иван, вдовий сын, со своим названым братом стали тем царством править. Все стариковы богатства и диковинки привезли. По всей земле сады насадили. Все посадские люди и деревенские мужики с тех пор стали лихо да беду изживать. Год от году живут лучше да богаче, а про царя да про бояр только иной раз в сказках сказывают.

Источник: Русские народные сказки. Москва, 1963.
http://www.detiseti.ru

Начало/Раздел "Сказки и сказания"


Читайте мои работы "Виевичи - дети Вия, сына Чернобога - Кощея Бессмертного из предыдущего мира", "Атака богов. Летательные аппараты и ядерное оружие в Древней Индии", "Звездные врата - не миф! Путешествия древних по Вселенной по дорогам сиддхов на конях гандхарвов и попытка их объяснения с научных позиций" (совместно с П.Олексенко), "Эльфы в древней Ирландии. Тайна Племени Богини Дану" и "Земля обетованная - воспоминания о далеком прошлом"

Главная страница | Содержание и анонсы материалов | Об авторе и проекте | Научные проекты, гранты | Исчезнувшие обитатели Земли | Потомки от смешанных браков | Происхождение богов и людей | Боги и божества | Древние знаки и символы | Исчезнувшие континенты и цивилизации | Остатки исчезнувших цивилизаций | Великие катастрофы | Мир в палеогене | Мир в олигоцене и неогене | Мир в плейстоцене | Мировые эпохи и человечества | Подземная и подводная цивилизации | Появление Луны | Летательные аппараты древних | Оружие и войны богов и демонов | Долголетие и бессмертие | Север - пространство вне времени | Где живут боги | История Земли и человечества | Исчезнувшие животные | Допотопные цивилизации: доказательство | Коллекция необъяснимых вещей и фактов | Чудеса вокруг нас | История удивительных открытий | Мои работы на разные темы | Работы других авторов на разные темы | Природа волшебства и магии | Открытия, сделанные на форумах | Мифы и легенды | Сказки и сказания | Вести из Иного мира | Фотогалерея | Художественная галерея | Прижизненные портреты древних | Изображения неизвестных животных | Фотоконкурс "Мисс древнее совершенство" | Мои исследования | Мои книги. О чем они? Как приобрести? | Экологические и гуманитарные проблемы | Новости | Контакты | Рекомендуемые сайты | Блог | Главная Карта Сайта
Назад к содержимому | Назад к главному меню
Рейтинг@Mail.ru