В. Гребенников. Полет. Продолжение - Земля до потопа: исчезнувшие континенты и цивилизации

Перейти к контенту

Главное меню:

В. Гребенников. Полет. Продолжение

История удивительных открытий

Особенности полета


Увы, природа сразу поставила мне свои жесткие ограничения, как в наших пассажирских самолетах: смотреть-то смотри, а фотографировать нельзя. Так и тут, если не хуже: не закрывался затвор, а взятые с собою пленки - одна кассета в аппарате, другая в кармане - оказались сплошь и жестко засвеченными. Не получались на высоте и наброски местности: почти все время обе руки заняты, лишь одну можно на две-три секунды освободить.
Полет этот совсем не похож на то, что мы испытываем во сне - именно с такого сна я начинал эту тему. И это не столь удовольствие, сколь работа, порою очень трудная и небезопасная: приходится не парить, а стоять; вечно заняты руки; в нескольких сантиметрах от тебя - граница, разделяющая "это" пространство от "того", внешнего, граница невидимая, но очень коварная; все это пока что достаточно неказисто, и мое творение отдаленно напоминает разве что... больничные весы. Но ведь это начало!
Кстати, кроме фотоаппарата у меня порой очень сильно барахлили часы, и, возможно, календарь: спускаясь, скажем, на знакомую поляну, я заставал ее немного не соответствующей сезону, с "отклонением" примерно до недели в ту или иную сторону. Так что перемещаться удается не только в пространстве, а - вроде бы! - и во времени. Утверждать последнее со стопроцентной гарантией не могу, кроме разве того, что в полете - особенно в начале - сильно врут часы: поочередно то спешат, то отстают, но к концу экскурсии оказываются идущими точно секунда в секунду.
Вот почему я во время таких путешествий сторонюсь людей: если тут задействовано, вместе с гравитацией, и время, то вдруг произойдет нарушение неведомых мне следственно-причинных связей, и кто-то из нас пострадает? Опасения эти у меня вот от чего: взятые "там" насекомые из пробирок, коробок и других вместилищ... исчезают, большей частью, бесследно; один раз пробирку в кармане изломало в мелкие осколки, в другой раз в стекле получилась овальная дырка с коричневыми, как бы "хитиновыми" краями - вы видите ее на снимке.
Неоднократно я чувствовал сквозь ткань кармана подобие короткого не то жжения, не то электроудара - наверное, в момент "исчезновения" пленника. И лишь один раз обнаружил в пробирке взятое мною насекомое, но это был не взрослый ихневмоновый наездник с белыми колечками по усам, а его... куколка - т. е. предшествующая стадия. Она была жива: тронешь - шевелит брюшком. К великому моему огорчению, через неделю она погибла и засохла.
Лучше всего летается - пишу без кавычек! - в летние ясные дни. В дождливую погоду это сильно затруднено, и почему-то совсем не получается зимой. Но не потому, что холодно, я мог бы соответственно усовершенствовать свой аппарат или сделать другой, но зимние полеты мне, энтомологу, просто не нужны.

История открытия


Как и почему я пришел к этой находке?
Летом 1988 года, разглядывая в микроскоп хитиновые покровы насекомых, перистые их усики, тончайшие по структуре чешуйки крыльев бабочек, ажурные с радужным переливом крылья златоглазок и прочие  патенты природы, я заинтересовался необыкновенно ритмичной микроструктурой одной из довольно крупных деталей насекомых. Это была чрезвычайно упорядоченная, будто выштампованная на каком-то сложном автомате по специальным чертежам и расчетам, композиция. На мой взгляд, эта ни с чем не сравнимая ячеистость явно не требовалась ни для прочности этой детали, ни для ее украшения.
Ничего такого, даже отдаленно напоминающего этот непривычный удивительный микроузор, я не наблюдал ни у других насекомых, ни в остальной природе, ни в технике или искусстве; оттого, что он объемно многомерен, повторить его на плоском рисунке или фото мне до сих пор не удалось. Зачем насекомому такое? Тем более структура эта - низ надкрыльев - почти всегда у него спрятана от других глаз, кроме как в полете, когда ее никто и не разглядит.
Я заподозрил: никак это волновой маяк, обладающий "моим" эффектом многополостных структур? В то поистине счастливое лето насекомых этого вида было очень много, и я ловил их вечерами на свет; ни "до", ни "после" я не наблюдал не только такой их массовости, но и единичных особей.
Положил на микроскопный столик эту небольшую вогнутую хитиновую пластинку, чтобы еще раз рассмотреть ее странно-звездчатые ячейки при сильном увеличении. Полюбовался очередным шедевром Природы-ювелира, и почти безо всякой цели положил было на нее пинцетом другую точно такую же пластинку с этими необыкновенными ячейками на одной из ее сторон.Но не тут-то было: деталька вырвалась из пинцета, повисела пару секунд в воздухе над той, что на столике микроскопа, немного повернулась по часовой стрелке, съехала - по воздуху!


- вправо, повернулась против часовой стрелки, качнулась, и лишь тогда быстро и резко упала на стол.

Что я пережил в тот миг - читатель может лишь представить. Придя в себя, я связал несколько панелей проволочкой; это давалось не без труда, и то лишь когда я взял их вертикально. Получился такой
многослойный "хитино-блок". Положил его на стол. На него не мог упасть даже такой сравнительно тяжелый предмет, как большая канцелярская кнопка: что-то как бы отбивало ее вверх, а затем в сторону. Я прикрепил кнопку сверху к "блоку" - и тут начались столь несообразные, невероятные вещи (в частности, на какие-то мгновения кнопка начисто исчезла из вида!), что я понял: никакой это не маяк, а совсем-совсем Другое.
И опять у меня захватило дух, и опять от волнения все предметы вокруг меня поплыли как в тумане: но я, хоть с трудом, все-таки взял себя в руки, и часа через два смог продолжить работу...

Вот с этого случая, собственно, все и началось.

НЛО" над Затулинкой


...Весьма неудачный, крайне рискованный полет я совершил в ночь с 17 на 18 марта 1990 года, не дождавшись сезона и поленившись отъехать в безлюдную местность. А ночь - я уже хорошо знал - самое рискованное время суток для этой работы.
Неудачи начались еще до взлета: блок-панели правой части несущей платформы заедало, что следовало немедленно устранить, но я этого не сделал. Поднимался прямо с улицы нашего ВАСХНИЛ-городка, опрометчиво полагая, что во втором часу ночи все спят и меня никто не видит. Подъем начался вроде бы нормально, но через несколько секунд, когда дома с редкими светящимися окнами ушли вниз и я был метрах в ста над землей, почувствовал себя дурно, как перед обмороком. Тут опуститься бы, но я этого не сделал, и зря, так как какая-то мощная сила как бы вырвала у меня управление движением и тяжестью и неумолимо потащила в сторону города.
Влекомый этой неожиданной, не поддающейся управлению силой, я пересек второй круг девятиэтажек жилой зоны городка (они расположены двумя огромными - по
километру в диаметре - кругами, внутри которых пятиэтажки, в том числе и наша), перелетел заснеженное неширокое поле, наискосок пересек шоссе Новосибирск-Академгородок, Северо-Чемской жилмассив... На меня надвигалась, и надвигалась быстро, темная громада Новосибирска, и вот уже почти рядом несколько "букетов" заводских высоченных труб, многие из которых медленно и густо дымили... Нужно было что-то срочно предпринимать.
С величайшим трудом овладев ситуацией, я сумел с грехом пополам сделать аварийную перенастройку блок-панелей. Горизонтальное движение стало замедляться, но тут мне снова стало худо, что в полете совершенно недопустимо. Лишь с четвертого раза удалось погасить горизонтальное движение и зависнуть над Затулинкой - заводским Кировским районом города. Зловещие трубы продолжали безмолвно и круто дымить совсем близко подо мною. Отдохнув несколько минут, если можно назвать отдыхом странное висение над освещенным забором какого-то завода, рядом с которым сразу начинались жилые кварталы, и с облегчением убедившись, что "злая сила" исчезла, я заскользил обратно, но не в сторону нашего ВАСХНИЛ-городка, а правее, к Толмачеву - запутать след на тот случай, если кто меня заметил. И примерно на полпути к этому аэропорту, над какими-то темными ночными полями, где явно не было ни души, круто повернул домой...
На следующий день, естественно, я не мог подняться с постели. Новости, сообщения по телевидению и в газетах, были для меня более чем тревожными. Заголовки "НЛО над Затулинкой", "Снова пришельцы?" явно говорили о том, что мой полет засекли. Но как! Одни воспринимали "феномен" как светящиеся шары или диски, причем многие почему-то "видели" не один шар, а... два! Другие утверждали, что летела "настоящая тарелка" с иллюминаторами и лучами...

Не исключаю, что некоторые затулинцы видели отнюдь не мои почти аварийные эволюции, а что-то другое, не имеющее отношения к ним. Тем более март 1990-го был чрезвычайно "урожайным" на НЛО и в Сибири, и под Нальчиком, и, особенно, в Бельгии, где ночью 31 марта инженер Марсель Альферлан, схватив видеокамеру и взбежав на крышу дома, отснял двухминутный фильм о полете одного из огромных "инопланетных" треугольников-гравитопланов, которые, по авторитетному заключению бельгийских ученых, не что иное, как материальные объекты, причем с такими возможностями, которые пока не в состоянии создать никакая цивилизация.
Так уж и "никакая", господа бельгийские ученые? Что касается меня, то берусь предположить, что гравитационные платформы-фильтры (или, как я их зову короче, блок-панели) этих аппаратов в натуре были относительно небольшими, треугольной формы, и сработаны у нас на Земле, но на более солидной и серьезной базе, чем мой почти наполовину деревянный аппарат.
Я сразу хотел сделать платформочку его именно треугольной - она гораздо эффективней и надежней, - но отошел от этой формы в пользу четырехугольной потому, что ее проще складывать, и, сложенная, она напоминает чемоданчик, этюдник или "дипломат", который можно декорировать так, что не возникает и малейших подозрений. Я, разумеется, выбрал "этюдник"…

К событиям же в Бельгии и под Нальчиком я вовсе не причастен. Тем более что использую свою находку, как может вам показаться, до глупости нерационально - всего лишь для посешения своих "энтомо-парков"... А их, моих детищ, как я считаю, куда более важных, чем любые технические находки, у меня на сегодняшний день одиннадцать: восемь в Омской области, одно в Воронежской, два в Новосибирской.


Исилькулия с высоты птичьего полета


И я продолжаю свой путь под полуденными величаво-пышными облаками туда, на запад, и уходят, уходят назад прямоугольники разноцветных полей, перелески причудливых очертаний, и синие тени от этих облаков тоже убегают назад подо мною.
Скорость полета довольно велика, но не свистит в ушах моих ветер: силовая зашита платформы с блок-панелями "вырезала" из пространства расходящийся кверху невидимый столб или луч, отсекающий притяжение платформы к Земле, но не меня и не воздух, что внутри этого столба над нею; все это, как я думаю, при полете как бы раздвигает пространство, а сзади меня снова смыкает его, захлопывает.
Именно в этом, наверное, причина невидимости аппарата "с седоком", а точнее "стояком", или частично искаженной видимости, как у меня было недавно над новосибирской Затулинкой. Но защита от притяжения регулируемая, хотя и неполная: подашь вперед голову, и уже ощущаются как бы завихрения от встречного ветра, явственно пахнущего то донником, то гречихой, то многоцветьем луговых сибирских трав.
Исилькуль с громадой элеватора у железной дороги я оставляю далеко слева и иду постепенно на снижение над автотрассой, хорошенько убедившись, что сейчас я невидим и для водителей, и для пассажиров, и для работающих в поле: от меня и платформы нет на земле тени (впрочем, изредка тень неожиданно появляется); вот на опушке колка трое ребят собирают ягоды - снижаюсь до бреющего полета, замедляю скорость, пролетаю рядом с ними. Нормально, никакой реакции - стало быть, ни меня, ни тени не видно. Ну и, конечно, не слышно: при таком принципе движения - в "раздвигаемом пространстве" - аппарат не издаст даже малейшего звука, так как даже трения о воздух здесь фактически не происходит.
Путь мой был долгим, не менее сорока минут от Новосибирска. Устали руки, которые не оторвешь от регуляторов, устали ноги и туловище - приходится стоять чуть ли не по стойке "смирно" на этой маленькой платформочке, к вертикальной колонке которой я привязан... ремнем. А быстрее перемещаться я хоть и могу, но опасаюсь: моя "техника", изготовленная полукустарно, пока еще слишком миниатюрна и непрочна...
Снижаясь и тормозя, а это делается взаимосмещенисм жалюзи-фильтров, что под доскою платформы, я вижу уже пышные заросли морковников, различаю светлые шапки их соцветий, похожих на ажурные шары, конечно же, усыпанные насекомыми…
Еще тише, еще медленней - и вдруг внизу как бы темная неожиданная вспышка: появилась-таки моя тень, до того невидимая, и сейчас медленно скользит по травам и кустам. Но это уже нестрашно: вокруг ни души, а на автостраде, что в метрах трехстах на север от Заказника, машин пока нет. Можно спокойно опуститься на землю. Стебли самых высоких трав уже зашуршали о мой "постамент" - платформу с блок-панелями.
Но перед тем как поставить ее вот на этот бугорок, я, охваченный порывом радости, движением рукоятки снова раздвигаю жалюзи панелей и круто, свечой, иду вертикально вверх.
Быстро сжимается, как бы съеживается, картина внизу: колки Заказника, все его опушки и ограда, все окружающие Заказник перелески и поля; горизонт начинает как бы выгибаться со всех сторон такой огромной выемкой, открывая железную дорогу, что проходит в двух километрах слева, а затем села…

И вот она уже вся подо мною - Исилькулия, страна моей юности, совсем не такая, как на картах и планах с их надписями, условными обозначениями и прочим, а безбрежная, живая, испещренная темными прихотливыми островами перелесков, облачных теней, светлыми четкими пятнами озер, и огромный диск Земли со всем этим почему-то кажется все белее и более вогнутым - причину этой давно уже мне знакомой иллюзии я так и не нашел.

Поднимаюсь все выше, и редкие белые громады кучевых облаков уходят вниз, и небо уже не такое, как снизу, а темно-голубое, почти синее, видимые между облаками колки, и поля уже подернулись густеющей голубой дымкой, и все труднее и труднее их разглядеть…
...Ой, что же я делаю: ведь там, внизу, на Поляне, я отбрасывал тень, значит меня могут увидеть люди, и не единицы, как в ту недоброй памяти мартовскую ночь, а тысячи, ведь сейчас-то день; неровен час, опять "предстану" в виде диска, квадрата, или, еще хуже, собственной персоной... Да еще, на грех, впереди самолет, похоже, грузовой, пока еще беззвучно мчится почти навстречу мне, быстро вырастая в размерах, и я уже вижу холодный блеск дюраля, пульсацию неестественно красной мигалки.
Быстро же вниз!
Резко торможу, поворачиваю - Солнце светит уже в затылок, а наискосок внизу, на гигантской выпуклой стене ослепительно белого кучевого облака, должна быть моя тень; но тени нет, лишь многоцветная глория - радужное яркое кольцо, знакомое всем пилотам, скользнуло по облаку, опережая меня, вниз. Отлегло от сердца: нет тени - значит никто не видел ни меня, ни "дубль" в виде треугольника, квадрата или "банальной" тарелки...
Мелькнула мысль (а надо сказать, что, несмотря на отчаянные технические и физические неудобства, в "падающем" полете почему-то гораздо лучше и быстрее работает воображение): ведь может статься, что из пяти миллиардов людей не один я сделал подобную находку, и летательные аппараты, основанные на этом же принципе, давно делают и испытывают - и созданные на заводских КБ, и самоделки вроде моей.

У всех экранирующих платформ одно и то же свойство: иногда они становятся видимыми для других людей в очень различном облике; "трансформируются" и пилоты -  их видят "гуманоидами" в серебристых костюмах, то мелкоросло-зелеными, то плоскими, как из картона (Воронеж, 1989 год), то еще какими-то. Так вот, очень может статься, что это никакие не инопланетяне-НЛО-навты, а "временно-визуально-деформировавшиеся" -конечно, только для сторонних наблюдателей - вполне земные пилоты и конструкторы таких платформочек, доводящие свои детища до надежного состояния.

Правила полетов


Советы тем, кто, изучая насекомых, натолкнется на это же явление и станет мастерить-испытывать "гравито-план" (кстати, я убежден, что, минуя насекомых, это открытие не сделать): летать только в летние погожие дни; избегать работать в грозу, дождь; не забираться высоко и далеко; с пункта приземления не брать с собою ни былинки; все узлы делать максимально прочными; при испытаниях и работе избегать близости любых ЛЭП, поселков (тем более городов), транспорта, скоплений людей - лучше всего для этого дальняя-предальняя глухая лесная поляна, подальше от человеческих жилищ, иначе в радиусе нескольких десятков метров может произойти - и часто происходит! - то, что назвали полтергейстом: "необъяснимые" перемещения бытовых предметов, отключение или наоборот включение бытовой электротехники и электроники, даже возгорания. Объяснения этому я не имею, но, похоже, что все это следствия сбоя хода времени, штука, в общем-то, чрезвычайно коварная и тонкая.
Ни одна деталь, частица, даже самая крохотная не должна быть брошена, обронена во время полета или в месте приземления. Вспомним "Дальнегорский феномен" 29 января 1986 года, похоже, трагический для экспериментаторов, когда вырвало и разметало по огромной территории весь аппарат, а от гравитационных микроячеистых фильтров были обнаружены лишь жалкие обрывки "сеточек", не поддающиеся - так и должно быть!  - толковому химическому анализу.

Часть описаний НЛО - я в этом убежден - относится к платформам, блок-панелям, другим крупным деталям аппаратов, намеренно или случайно выброшенным за пределы активного поля конструкторами и изготовителями; эти обломки способны принести другим немало бед, а в лучшем случае породить серию невероятных рассказов, нелепейших сообщений в газетах и журналах, нередко в сопровождении "научных" комментариев...

Две причины, не позволяющие афишировать открытие


Почему я сейчас не раскрываю суть своей находки?

Во-первых, потому, что для доказательств нужно иметь время и силы. Ни того, ни другого у меня нет. Знаю по горькому опыту "проталкивания" моих предыдущих находок.
Вот, например, чем закончились мои многолетние хлопоты о научном признании ЭПС: "По данной заявке на открытие дальнейшая переписка с вами нецелесообразна". Кое-кого из вершителей судеб науки я знаю лично и уверен: попади я к такому на прием, что, впрочем, теперь практически невероятно,  - раскрою свой "этюдник", примкну стойку, поверну рукоятку и воспарю на его глазах к потолку - хозяин кабинета не среагирует, а то и прикажет выставить фокусника вон.
Поскорее же приходите на смену им, "вершителям", вы, молодые!
Вторая причина моего "нераскрытия" более объективна. Лишь у одного вида сибирских насекомых я обнаружил эти антигравитационные структуры. Не называю даже отряд, к которому относится это насекомое: похоже, оно на грани вымирания, и тогдашняя вспышка численности была, возможно, локальной и одной из последних. Если я укажу род и вид, где гарантии того, что мало-мальски смыслящие в биологии люди, всякого рода дельцы, не кинутся по колкам, оврагам, луговинам, чтобы выловить, быть может, последние экземпляры этого чуда природы, для чего не остановятся ни перед чем, даже если потребуется перекорчевать десятки колков, перепахать сотни полян?.. Уж слишком заманчива добыча!
Надеюсь, меня поймут и простят те, кто хотел бы немедленно познакомиться с Находкой просто для интереса и без корыстного умысла: могу ли я сейчас поступить иначе ради спасения живой природы? Тем более, что вижу: подобное вроде бы уже изобрели и другие, но тоже не торопятся появляться со своими находками в кабинетах бюрократов, предпочитая носиться в ночных небесах то в виде странных дисков, то в образе треугольников и квадратов, переливчато мерцающих на удивление прохожим...

...Не знаю, убедил ли я тебя, читатель, что подобное в очень скором времени будет доступно практически всем, а вот Живая Природа, без которой человечеству не жить, если ее срочно не спасем, - не будет доступна никому за ее полным отсутствием?

Вместо заключения


...Не так давно мы, люди, начали летать: сначала на воздушных шарах, затем на самолетах: сегодня мощные ракеты уже уносят нас к другим небесным телам... А завтра?

А завтра мы полетим к другим звездам почти со скоростью света, однако даже соседняя галактика - туманность Андромеды - будет еще недосягаемей.
Но Человечество - при условии, если оно заслужит звание Разумного! - разгадает многие загадки Мироздания, перешагнет и этот рубеж. Тогда станут почти мгновенно досягаемыми, близкими любые миры из уголков Вселенной, удаленных от Земли на триллионы световых лет.
Все это будет, ибо все это дело Разума, Науки, Техники. И не более.



Считаю необходимым дополнить статью В. Гребенникова деталями описания гравитоплана, опущенными при ее сокращении:
- строго вертикальные взлет и посадка (аппарата) очень затруднены, и начальная траектория большей частью скошена, особенно при взлете, когда платформу почему-то относит в сторону, противоположную Солнцу, а иногда и наоборот;
- верхняя часть моего аппарата… "велосипедная": правая рукоять - для горизонтально-поступательного движения, что достигается общим наклоном обеих групп "надкрыльев"-жалюзи, тоже через тросик. Развивать скорость более 25 км в минуту я не решаюсь, предпочитая лететь раз в десять медленнее;
- ослабив гайки-барашки на стойке управления, укорачиваю ее, как антенну у портативного приемника, вытаскиваю из платформы, которую складываю на шарнирах пополам. Теперь это выглядит почти как этюдник - ящик для красок, разве что чуть потолще;
- сложенная вдвое, а значит нейтрализованная, платформочка с гравитационными мелкосетчатыми блок-фильтрами, а между ними, также складная, стойка с регуляторами поля и ремешком - им я привязываюсь к стойке.

Начало/Раздел "История удивительных открытий"

Предлагаю обсудить данную работу на ФОРУМЕ в теме "Гравитоплан - изобретение или вымысел В.Гребенникова"


© В.Гребенников, 1999

Читайте
мои работы "НЛО, НПО, НСО - летательные аппараты древних. Состоится ли встреча с богами?", "Атака богов. Летательные аппараты и ядерное оружие в Древней Индии", "Звездные крейсеры из фильмов фэнтези и летающие города богов и демонов из преданий - орбитальные станции и космические корабли, описанные с интервалом в тысячелетия" и "Звездные врата - не миф! Путешествия древних по Вселенной на конях гандхарвов по дорогам сиддхов и попытка их объяснения с научных позиций" (совместно с П.Олексенко)

Главная страница | Содержание и анонсы материалов | Об авторе и проекте | Научные проекты, гранты | Исчезнувшие обитатели Земли | Потомки от смешанных браков | Происхождение богов и людей | Боги и божества | Древние знаки и символы | Исчезнувшие континенты и цивилизации | Остатки исчезнувших цивилизаций | Великие катастрофы | Мир в палеогене | Мир в олигоцене и неогене | Мир в плейстоцене | Мировые эпохи и человечества | Подземная и подводная цивилизации | Появление Луны | Летательные аппараты древних | Оружие и войны богов и демонов | Долголетие и бессмертие | Север - пространство вне времени | Где живут боги | История Земли и человечества | Исчезнувшие животные | Допотопные цивилизации: доказательство | Коллекция необъяснимых вещей и фактов | Чудеса вокруг нас | История удивительных открытий | Мои работы на разные темы | Работы других авторов на разные темы | Природа волшебства и магии | Открытия, сделанные на форумах | Мифы и легенды | Сказки и сказания | Вести из Иного мира | Фотогалерея | Художественная галерея | Прижизненные портреты древних | Изображения неизвестных животных | Фотоконкурс "Мисс древнее совершенство" | Мои исследования | Мои книги. О чем они? Как приобрести? | Экологические и гуманитарные проблемы | Новости | Контакты | Рекомендуемые сайты | Блог | Главная Карта Сайта
Назад к содержимому | Назад к главному меню